ВОЗРОЖДАЯ ТРАДИЦИИ РЕЗНОЙ ИКОНЫ

1 февраля 2013

RudIkona-S1В России, с особенностями её исторического развития, резьба по дереву всегда имела глубоко традиционный характер народной культуры. Самый яркий пример того, как дерево использовали в православном искусстве Руси, – храмы Русского Севера. В деревянных, крытых лемехом церквях, конструктивные особенности которых позволяли свести использование других материалов к минимуму, практически все наполнение делалось из дерева. Этот материал использовался даже при создании литургических сосудов – потиров, лжиц, дискосов. Но искусство создание резной иконы зародилась в Византии, на её формирование значительное влияние оказало античное искусство резьбы по камню. Из Византии традиция резных изображений пришла на Русь с первыми паломниками в Святую Землю: домой они привозили миниатюрные иконки, выточенные в перламутре или слоновой кости. Другой источник, доступный лишь избранным мастерам, – посольские дары, оседавшие в великокняжеской и царской казне. В северных широтах, как и в большинстве стран Западной Европы, образа по преимуществу вырезали из дерева. Однако в разные эпохи, например в XVI веке, на Руси вспыхивали споры, являются ли «истинно православными» такие иконы, особенно крупного размера; неоднократно резные иконы запрещались.

От домонгольского периода сохранилось немало изделий из резного камня – кресты, складни, мощевики, – их оковывали золотом, серебром, украшали жемчугом, драгоценными камнями. Использовали на Руси и кость. Но древнерусские мастера все-таки именно дереву отдавали предпочтение, высоко ценя его пластичность и большие художественные возможности. Искусство резьбы процветало во многих городах: Великом Новгороде, Пскове, Москве, Ростове, Архангельске, Вологде. Мастерские резчиков располагались и в крупнейших монастырях: Киево-Печерской и Троице-Сергиевой лаврах, Соловецком, Кирилло-Белозерском, Псково-Печерском, Михаило-Архангельском, Свято-Озерском Валдайском.

Предпринятое в последние годы более пристальное исследование этого направления в искусстве, долгие годы выпадавшего из сферы внимания научных кругов, привело к выводу, что православная церковь так до конца и не сформулировала причины официального запрета на культовую пластику.

Дерево, как «богосозданный» материал, имеет глубокие евангельские традиции. Ещё Иоанн Дамаскин сообщал, что иудеи называли христиан «чтителями деревянных богов». Подчеркивая роль этого материала, даже Ветхий завет предписывал знать «различные древодельства во всех делах». Сакральное значение дерева усугублялось его особой ролью на Руси. Являясь основным материалом европейского Средневековья, дерево сохраняло свое значение на территории России вплоть до XIX века. Этому способствовали, с одной стороны, особенности ее исторического развития, с другой стороны – глубоко традиционный характер русской народной культуры в целом.

Большое значение имело и то, что в богатом лесами крае веками накапливались навыки обработки дерева, вырабатывался своеобразный художественный язык, проявлявшийся как в произведениях, выполненных в традициях древнерусского искусства, так и в предметах, созданных под влиянием западноевропейских стилистических веяний.

RudIkona-S4Резьба по дереву, этому наиболее традиционному на Руси материалу, аккумулировала в себе черты, которые можно отнести к проявлению «русского стиля» в его вневременном значении, то есть к выражению национального своеобразия в художественной сфере. Применительно к памятникам православного искусства, это проявлялось, в первую очередь, в приоритете выразительной линии, силуэта, в повышенном внимании к общей стилистике произведения, где деталировка, проработка частностей уходит на второй план. Все эти особенности находились в органичном сочетании с яркой декоративностью, часто выражавшейся в обильном резном заполнении фона иконы, что ни в коей мере не нарушало цельности предмета. Не менее значима была и цветовая гамма. В раскраске деревянных икон преобладали синий, красный и белый цвета, мягкие оттенки которых получались с помощью натуральных природных красителей. В сочетании с цветом естественной древесины это создавало характерный для средневекового церковного искусства колорит. В особо торжественных случаях он дополнялся позолотой или серебрением.

Русское искусство церковной скульптуры и рельефной иконы до сих пор ещё мало изучено. Лишь в последнее время исследователи стали обращать на него более пристальное внимание. Традиционно считается, что объёмные изображения святых не характерны для русской культуры. Действительно, восточное христианство не очень благоволило к скульптуре, предпочитая ей живопись. На разных исторических этапах в православной резьбе видели то пережитки языческих верований, то католическое влияние. Периоды обострения борьбы официальной церкви с «латинянством» сопровождались гонениями на объёмные изображения святых. Их выносили их храмов, прятали, а нередко и уничтожали. Эта борьба стала особенно непримиримой в начале XVIII века, что было связано с усилением западного влияния.

Указ российского императора Петра I может прояснить наши представления о многовековой и цветущей традиции русской церковной резьбы. В документе оговаривался запрет лишь на «резныя, или истесанныя, издолбленныя, изваянныя иконы, которыя… за недостатком искусного мастерства (!) весьма церковному благолепию противны». Этот запрет мотивирован не религиозными, а эстетическими причинами. Вышедший указ, однако, не принес ожидаемого результата, и за ним последовали другие. Тем не менее, сохранившиеся православные скульптуры и резные иконы позволяют сделать вывод о том, что их изготовление не прекращалось. Несмотря на официальное неприятие, рельефные моленные иконы и церковные скульптуры продолжали создаваться резчиками по всей России. В искусстве православной резной иконы очевидны две линии. Одна из них идет от древней традиции и более близка к древнерусской живописной иконе. В этих произведениях изображение отличается статичностью и условностью. Проработка же деталей – лика, складок одежды — выполнена живописными средствами. Другая линия – барочная, возникшая к концу XVII века под западным влиянием, пришедшим через Белоруссию, Украину, Прибалтику, Скандинавию. Этому направлению резьбы был присущ большой динамизм и близость к светской культуре. Обе линии подчас переплетались, демонстрируя взаимовлияние и расширение возможностей пластического решения иконы.

RudIkona-S5Результатом развития искусства русской резной иконы явилось возникновение множества региональных школ, имевших свои особенности. На Русском Севере центрами изготовления резных произведений стали такие крупнейшие монастыри, как Соловецкий, Кирилло-Белозерский и многие другие. Об этом свидетельствует сохранившиеся напрестольные кресты, в резьбе которых можно встретить изображения причисленных к лику святых основателей этих монастырей. В XVII веке в Ниловой пустыни на Селигере складывается иконография основателя этого монастыря Нила Столбенского. Изображение аскетической фигуры святого, опирающегося на костыли, разносились по всей России многочисленными паломниками. Иконки с житийными изображениями Сергия Радонежского и другими сюжетами происходили из резчицких мастерских главного православного центра – Троице-Сергиевой лавры. Чаще всего это были произведения мелкой пластики и кресты. Крупнейшим центром изготовления резных икон был Ростов Великий. Особый интерес представляют происходящие оттуда произведения, относящиеся к XVI веку, периода расцвета этого центра. Сохранившиеся в небольшом количестве, они относятся к золотому фонду русской церковной пластики.

Когда в конце XIX века была осознана художественная ценность русской иконы, вспыхнул интерес и к резной иконе. Начали складываться коллекции, как музейные, так и частные. Именно тогда было положено начало собранию православной резьбы в Историческом музее, которое в настоящее время является одним из самых больших и значимых в нашей стране.

RudIkona-S2Однако само искусство русской резной иконы к тому времени было почти забыто. И лишь спустя столетие к нему обратились наши современные художники. Пальма первенства здесь принадлежит заслуженным художникам России Инессе и Рашиду Азбухановым. Произведения этих замечательных мастеров свидетельствуют не только о желании возродить давнюю традицию православной резной иконы. Здесь присутствует несомненное авторское начало. Вдохновленные древним искусством, они идут дальше, создавая не просто молельный образ, но произведение искусства. Узнаваемая пластика резьбы, идущей от византийских живописных традиций, приобретает современное звучание. Декоративный фон, а подчас и сам резной сюжет, переходящий на поля иконы, невольно вызывают в памяти рамы, которыми обрамлялась живопись мастеров Ренессанса – и там, и здесь они неразрывно связаны с самим изображением, сливаясь с ним в единое целое и подчеркивая его значимость. Если на старой резной доске мы видим потемневшее, выветрившееся дерево, то на иконах Азбухановых дерево словно излучает свет. Не так ли выглядела и древняя икона столетия назад?! Даже те иконы Инессы и Рашида, которые покрыты легкими, кажущимися прозрачными, тонировками, дают ощущение теплоты живого дерева. Глядя на образы, рожденные резцом и талантом двух наших современников, понимаешь: традиция жива. Традиция продолжается.

Художники Азбухановы блестяще владеют техникой резьбы по дереву. Тончайшая, почти ювелирная обработка доски превращает ее в деревянное кружево, в изысканный узорчатый плоский рельеф, созвучный окладам из драгоценных металлов, что надеваются в православных храмах на писанную красками икону. Сплошь покрывающая поверхность доски вязь орнамента, струящиеся складки тканей кажутся выточенными не из простой липовой доски, а из слоновой кости, из перламутра. Под резцом мастеров дерево светится первозданной белизной, живет, дышит – и не кажется, а в самом деле становится драгоценностью. Используя древнюю технику, скульпторы создали новый вид религиозного искусства, достойный занять место в храмовом убранстве и жизни верующих более значительное, нежели занимала «икона на рези» – забытая и ныне возрожденная и обновленная талантливыми мастерами драгоценное наследие художественной культуры нашего народа.

RudIkona-S3Инесса и Рашид Азбухановы – выпускники скульптурного отделения Абрамцевского художественно-промышленного училища. Их творческий тандем возник в 1986 году, тогда же была создана первая совместная композиция – «Святой Георгий Победоносец». Другая излюбленная тема их творчества связана с образом Богородицы; в этом ряду для художников доминирует иконографический мотив «Умиление».

Важный творческий импульс Азбухановы получили в конце 1980-х годов, благодаря процессу возрождения в России церквей и монастырей. В 1988 году для Спасо-Преображенского храма в Горьком (ныне Нижний Новгород) ими был создан первый иконостас. Одна из последних их работ – иконостас Спасо-Влахернского монастыря близ подмосковного города Дмитрова, в котором они и живут. Помимо икон и церковного убранства художники выполняют светские композиции, предпочитая исторические сюжеты. Таков цикл рельефов к 850-летию Москвы «Княжеская охота», посвященный князю Юрию Долгорукому.

Произведения Азбухановых хранятся во многих храмах России, в ряде музеев и частных коллекций разных стран, включая собрания Третьяковской галереи, музея-заповедника «Московский Кремль», Исторического музея, Музея истории Москвы, Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева, фонда «Дом Дягилева» (Пермь). Работы дуэта скульпторов экспонировались и в Латеранском дворце Рима (здесь размещен отдел исторического музея Ватикана), где в 2004 году по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II состоялась выставка Азбухановых с красноречивым названием «Русская душа в христианской иконе».

Современность и старина, Восток и Запад гармонично соединились в творчестве скульпторов Инессы и Рашида Азбухановых, за спиной которых около 30 лет вдохновенной работы над возрождением древнего и прекрасного искусства «икон на рези». Опираясь на опыт древних ваятелей, они отнюдь не копируют первоисточники, а создают «свой мир» религиозного творчества, поле которого не только многонациональная российская цивилизация, но и пространство христианского мира в целом. Можно сказать, что их иконы «единый вздох обоих легких европейского христианства» (так отозвался об их работах Папа Римский Иоанн Павел II), который несёт человечеству надежду на братство и взаимопонимание. Было ли что-либо подобное в русском церковном искусстве, или там, в сфере пластики, доминировали «иконы в храмах», прожившие долгую и полную превратностей судьбу с XIV до XIX века!

Творчество художников Азбухановых служат своеобразным мостом между духовной традицией и современными требованиями высокого искусства. Их произведения прочно опираются на оба устоя. Сохраняя церковное наследие, они дарят ему современный язык, не нарушая духовной основы. Под рукой мастеров дерево становится мягким и текучим, переливается, как шелк, утрачивая характерную для него твердость и ломкость. Неподражаемое владение материалом позволяет художникам то сделать осязаемым изображение тканей, то уподобить бронзе расходящиеся лучи, осеняющие Пантократора на иконе «Петр и Павел». В то же время, такие динамичные и столь любимые в народном искусстве сюжеты, как «Бегство в Египет», с остроумным решением фона (включающим изображения верблюдов и пирамид, призванных символизировать Восток), кажутся исконно русскими. Здесь исчезает неземная воздушность и невесомость, и Святое семейство погружается в нелегкую ситуацию реальной жизни. К числу таких популярных повествований можно отнести и Святого Георгия, изображенного в роли универсального избавителя, спасающего не только царевну, но одновременно и пафлагонийского юношу – сюжет, особенно распространенный у южных славян. Таков же Архангел Михаил, взвешивающий души, противник которого впечатляюще чудовищен и как будто перемещен в эту сцену из русского лубка. Здесь художники продемонстрировали одновременное понимание и культовой, и культурной сущности различных апокрифических ветвей. В некоторой грубоватости и нарочитой примитивности можно увидеть налет благочестивого юмора, «святой простоты»: так изображенные «души» лишены нематериальности и кажутся двумя красавцами, защищающими благонравие. Глубинное понимание созданного образа ощущается и в изображениях самого любимого народом святого Николая, который, по традиции, предстает в киотном обрамлении в облачении епископа, в образе защитника – «посланника божия». По-новому решено двойное изображение города, открывающего его неоднозначный смысл, – и как отражение охранительной роли власти, и как акцентированная идея святой защиты. Эта, возможно, недостаточно ясно выраженная в русском христианстве идея потребовала здесь более свободного толкования канона: художники, не только помещают Можайский Кремль в левую руку святого, что соответствует устоявшейся иконографии, но и воздвигают силуэт города за его фигурой, предстающей в роли ограды, что дважды выражает идею защиты. А в поясном изображении Богоматери Владимирской на фоне Кремля прожилки дерева уподобляются переплетению нитей на хитоне и клавии младенца Иисуса.

RudIkona-S6Сплошь покрывающая поверхность доски вязь орнамента, струящиеся складки тканей кажутся выточенными не из простой липовой доски, а из слоновой кости. Под резцом мастера дерево светится первозданной белизной, живет, дышит, превращаясь в подлинную драгоценность. Используя технику прошлых столетий, Инесса и Рашид возродили древний вид религиозного искусства, бесценное наследие художественной культуры.

Виртуозная техника – это одна сторона творчества, а самостоятельная интерпретация русской художественной традиции – его другая ипостась. Синтез этих двух сущностей можно определить как выражение таланта.

На вопрос, в чем суть иконостаса, художники отвечают так: «Иконостас – это оправа для икон. Символически он означает рай: дерево, на котором мы видим дивные плоды, – образа. А что такое современный иконостас? Это сочетание верности канону, традиции и открытости восприятию человека. Надо подумать: каким бы хотел видеть храм художник того времени, когда возводилась эта церковь – и каким бы хотели видеть его нынешние прихожане? Гармония и красота – это еще и удобство. Неудобное – некрасиво. В пространстве храма нет случайных вещей. Найти решение, гармонично сочетающее все перечисленные параметры – наша цель. При больших размерах и массе иконостаса должно казаться, что конструкция почти невесома, создана легко и быстро. Это достигается опытом и трудом. Все делается очень деликатно. Резьба выполняется в мастерских. А вот тело иконостаса монтируют, конечно, на месте. Мало кто представляет себе, что значит построить иконостас. А это практически тоже, что выстроить дом. Много тонн дерева укреплено на стене. Отдельно вставляются столбы, консоли, капители. Все это надо нарисовать, продумать. Не должно быть щелей, ни малейших перекосов. Недаром говорят – строить иконостас. И все это делается между службами. Даже если мы ставим леса, мы делаем так, чтобы они не загораживали царские врата. Тело иконостаса строится месяц – два – три. Главное – строгое отношение к себе и соблюдение правил. Есть канон, от него – ни на шаг. В таких жестких рамках работать трудно, но плодотворно. Приходится постоянно развиваться, искать информацию, изучать источники и литературу. Надо быть погруженным в работу, отсекать лишнее. Но, в тоже время, идти в ногу с современным миром. Иначе отстанешь».

Был задан ещё один, весьма деликатный вопрос: «Правда ли, что созданные вами иконы мироточили?». Ответ, если быть откровенным, поразил: «Мироточение образа Пресвятой Богородицы «Скоропослушницы» засвидетельствовал святейший патриарх Московский и Всея Руси Алексий II. Он сам снимал миро и сказал: «Вот обыкновенное чудо православных». Это не наша заслуга. Сам патриарх сказал, что мироточит именно «Скоропослушница» – образ, перед которым люди часто молятся в скорбях, и Матерь Божия внемлет им. Для нас это было очень большой поддержкой. Тогда, в девяностые годы, нас никто не понимал. Не было литературы, ничего. Святейший окрылил нас своим благословением. Да, если художник верит, любит людей и свою работу, у него тоже может случиться чудо. Но, ни в коем случае не надо зацикливаться на чудесах. Самое опасное – это похвалы, «елей». Но его тоже надо пережить. Просто понимать, что сегодня ты что-то делаешь, – а завтра у тебя может ничего не получиться. Чтобы стать настоящим церковным художником, в твоей душе и на сердце должно быть три заповеди: вера в Бога, любовь к профессии и любовь к людям. Иначе не будет теплоты, красоты».

Увидеть произведения Инессы и Рашида Азбухановых, познакомиться с их творчеством можно на выставке «Икона на рези. Рукотворный образ», которая с 1 по 24 февраля проходит в Галерее искусств Зураба Церетели Музейно-выставочного комплекса Российской академии художеств (Москва, улица Пречистенка, дом 19).

WRN

Метки: , , , , , , , , , , ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Календарь

Июль 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июн    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31