НЕЛЬЗЯ ВСЁ ВРЕМЯ ЖИТЬ ПОД ПЕРЕКРЁСТНЫМ ОГНЁМ

22 августа 2020

75-ЛЕТИЕ ПОБЕДЫ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ

Из старых записных книжек

Krementsky-S1«Для того чтобы уничтожить с воздуха надводную цель – корабль – самолёт должен находиться на высоте 30 метров над уровнем моря. Не 35 и не 25 метров, а ровно – 30. Торпеда требует именно данной высоты – 30 метров. Иначе она просто не попадёт в цель. И надо будет снова совершать маневр. А это – время…».

Умудренный военным и жизненным опытом, ветеран Великой Отечественной войны, лётчик военно-морской авиации капитан Израиль Яковлевич Кременецкий не сказал, что это не просто время на часах, это время жизни, отпущенное тебе противником. Потому что каждый заход самолёта на цель – это преодоление огневой завесы, которой встречают тебя зенитки атакуемых тобой кораблей. И кто победит становится ясным буквально через мгновение…

Но, слава Богу, военный лётчик, совершивший 3146 вылетов, в том числе 103 боевых (а это значит столько же уничтоженных целей) и 27 прыжков с парашютом (удостоверение спортсмена-парашютиста авиации Военно-морского флота (ВМФ) выдано 17 сентября 1941 года), остался жив, и 10 мая отметил свой 87-й день рождения.

Наша справка  Израиль Яковлевич Кременецкий родился 10 мая 1918 года на Украине, в небольшом городке, что в нескольких километрах от Днепропетровска, в семье рабочих. Израиль – самый младший из трёх братьев. Когда ему было шесть лет, семья снялась и уехала в Москву (СССР), где уже обосновался его старший брат Владимир. Так что в школу он пошёл уже в Москве. Жили поначалу у тетки, спали впятером на кухне. Потом отец пошел работать на электрозавод имени Куйбышева, и им дали девятиметровую комнату в поселке электрозавода в Измайлово. Отец, привыкший надеяться только на свои силы, работал по-ударному. Его старания были отмечены выделением семьи комнаты площадью уже 25 метров.

В 1936 году, после окончания средней школы (десятилетки), Израиль сдал экзамены в институт связи. Очень уж он тогда увлекался радио, в школе был даже активистом-радиолюбителем, какие-то приёмники собирал. Но за три недели до первого сентября его вызывают в райком комсомола и говорят, что он призывается в армию. Сборы были недолгими. Только в поезде он узнал, что едет в Ейск, в высшее военно-морское авиационное училище имени Сталина.

Тогда, в тридцатые годы, а затем и во время войны, по словам Кременецкого, никаких проблем с тем, что он еврей, у него не возникало. Вместе с ним в училище училось еще несколько еврейских парней, проявивших себя достойно и в учебе, а затем и в боях с фашистами. Итак, по приезде на место их одели в морскую форму и стали серьезно обучать летному делу. Ребята именно их группы стали первыми, кто научился летать на скоростных бомбардировщиках – СБ.

«Этот цельнометаллический самолёт, созданный в конструкторском бюро Туполева, был очень сложным, – вспоминает Израиль Яковлевич. – Мощная машина не прощала ошибок, очень много лётчиков, не всегда чётко соблюдавших требования, погибли. Но я так научился с ней обращаться, что потом летал на ней, как на У-2».

KremntskDrug-SВ 1940 году, успешно окончив училище, молодой коммунист, удостоенный такой чести за отличную учебу, лётчик дальней бомбардировочной авиации, лейтенант Кременецкий получил направление на Черноморский флот. Но пробыл там недолго. Вскоре он был уже на Дальнем Востоке, в 4-м минно-торпедном авиаполку 29-й бригады Военно-воздушных сил Тихоокеанского флота. Здесь вместе с другими он освоил новый самолёт Ил-4. И там, на Дальнем Востоке, застала Кременецкого война с Германией.

«И тогда мы начали готовиться к войне с Японией. В чем заключалась эта подготовка? – задает вопрос Израиль Яковлевич и сам же на него отвечает. – Например, мы полком (а это три эскадрильи – 36 машин), летим к берегам Японии, до которых от Владивостока 600 километров. Но, долетев до нейтральных вод, а это примерно 10 километров до берегов, разворачивались и шли назад. Проведя прицельную стрельбу на острове Безымянный (тренироваться-то надо было), возвращались на аэродром».

Зимой 1941 года, когда стало ясно, что японцы пока воевать не будут, лётчиков вместе с самолётами перебазировали в 40-й авиаполк Военно-воздушных сил Черноморского флота, находившегося за Адлером, где они охраняли подступы к нашей границе со стороны Чёрного моря, летали бомбить румынский город Констанцу, в котором немцы сосредоточили значительные запасы нефти, бензина. Несмотря на то, что там была мощная противовоздушная оборона, советские бомбардировщики Ил-4 наносили ощутимый урон хранилищам топлива гитлеровских войск.

За год таких боёв полк не досчитался многих своих лётчиков, но они выполнили свою задачу: ни одна бомба не упала на Сочи и Адлер. После того, как угроза наступления гитлеровцев на Кавказ была устранена, Кременецкого назначили инструктором-лётчиком, потом командиром звена и отряда. Однако опытных лётчиков, в том числе, разумеется, и Кременецкого, время от времени направляли на Север, в Мурманск. И там они, рискуя жизнью, теряя боевых товарищей, торпедами с воздуха уничтожали немецкие корабли.

KrementskyVOV-S

После окончания войны капитана И.Я. Кременецкого по состоянию здоровья (всё-таки столько лет по нескольку вылетов в день!) списали с летной работы и направили на Сахалин, в город Корсаков начальником штаба эскадрильи. Но вскоре понял, что штабная работа не для него и решил, что надо продолжить образование в военно-воздушной академии. Подал рапорт, но получил ответ, мол, в данное время, направить на учёбу не представляется возможным. Решил выяснить: почему? И был поражен: ему, боевому офицеру, много раз смотревшему смерти в лицо, отказано по причине того, что он – еврей. А ведь у него было 11 лет службы в авиации, а выслуга и того больше – 19 лет. Но, несмотря на это, в 1948 году капитан Кременецкий вынужден был демобилизоваться.

В годы войны Израиль потерял одного из братьев – Григория. Он был совершенно мирным человеком – сначала работал в райкоме комсомола, потом – директором Дворца культуры ЗИЛа (автомобильный завод имени Лихачёва). Когда началась война, ему предложили перейти на работу в московскую милицию, но он добровольно ушёл на фронт. Комиссар стрелкового батальона Григорий Кременецкий пал смертью храбрых в первые же месяцы войны под Минском.

KrementskyVlrd-SСтаршего брата Владимира Яковлевича Кременецкого (1910-1995 гг.) на фронт так и не пустили – все его просьбы-рапорты были отклонены. Он многие годы работал на ЗИЛе и к тому времени стал уже начальником технического отдела экспериментального производства. Кстати, в 1937 году он и ещё два молодых инженера сделали машину «ЗИЛ-спорт». Во всех газетах писали, что она какой-то рекорд установила. Чуть позже стал начальником отдела НПО «Энергомаш» имени академика В.П. Глушко. Он был ведущим советским конструктором жидкостных реактивных двигателей, получил Ленинскую премию – за большой вклад в создание двигателей РД-107 и РД-108 для запуска первого искусственного спутника Земли. В.Я. Кременецкому без защиты, по совокупности работ и за весомый вклад в науку и промышленность страны было присвоено звание доктора наук и вручён ордер на четырёхкомнатную квартиру.

По стопам знаменитого дяди (хотя многие годы и засекреченного) пошёл и сын Израиля Яковлевича Михаил. Он тоже доктор наук, профессор-геофизик. Михаил Израилевич занимается тем, чтобы сделать наиболее экономичной добычу нефти и газа, и с наименьшими затратами использовать потенциал скважины. Каждые полтора месяца улетает на две-три недели на Север.

KremntskyWife-SЗамечу в скобках, что и первая, и вторая жена И.Я. Кременецкого, так же, как и его братьев, русские. Однако никаких национальных проблем в связи с этим в их семьях никогда не возникало. Говорит Израиль Яковлевич: «Я, к сожалению, не знаю еврейский язык. Это плохо, но я ведь в 18 лет ушёл из родного дома и больше туда не возвращался. Зато моя жена Татьяна Ивановна так фаршированную рыбу готовит, что, может быть, не каждая еврейка сделает. А как у неё получается шейка! Где научилась? Не знаю».

Итак, вернувшись в 1948 году в Москву, Кременецкий пришёл в горком партии, где получил направление на работу начальником сектора в отдел местной промышленности Мосгорисполкома. Но начальник главка, увидев перед собой молодого бравого капитана, сказал, что тот не будет работать чиновником, пусть лучше идёт учиться на директорские курсы, окончит их и станет директором фабрики. Так и произошло. В 1949 году Кременецкого назначают директором фабрики по производству товаров широкого потребления (ширпотреба) Калининского райпромтреста. На этом предприятии, ютившемся в подвалах на шоссе Энтузиастов, из парашютов делали женские косынки, абажуры, трикотаж. Воровали тогда по страшному. Молодой руководитель меняет профиль фабрики – переводит её на изготовление погон – их-то не своруешь.

Но постепенно потребность в погонах уменьшилась, и они стали шить дефицитные мужские сорочки. Закупили соответствующую технику, освоили её. А пытливый руководитель решил пойти учиться, теперь уже новой для него специальности. Техникум лёгкой промышленности Мосгорисполкома окончил с «красным» дипломом. Снова пришёл к начальнику главка с просьбой дать другую работу, на той ему уже стало скучно. И тот ему говорит: «Иди-ка ты строить новую фабрику». Кременецкий согласился, тем более что одним из условий уговора было выделение его семье новой квартиры.

«Меня посадили в машину и повезли в Черемушки, – говорит Кременецкий. – Это был уже 1958 год. А Черемушки тогда представляли собой деревню, ничего там ещё не было. Меньше чем за два года по оперативно разработанному проекту первая в столице фабрика «Москва» по пошиву сорочек была введена в строй».

В 2005 году, став со временем промышленным швейным объединением «Москва», предприятие отметила свое 45-летие. Раньше в объединение входило семь предприятий, в том числе и находившиеся далеко от Москвы (к примеру, в Медыни Калужской области, там, кстати, Кременецкий построил не только новую фабрику, но и очистные сооружения для города, общежитие, два жилых дома, в Узловой Тульской области), где работало несколько тысяч человек. Ныне всего лишь 80. И все они шили в основном мужские сорочки – до 14 миллионов штук в год. Но все равно и этого было мало. Кременецкий оказался среди членов первой делегации, приехавших во Вьетнам. И там он на фабрике «Х-10» (она находилась в 10 километрах от Ханоя) наладил изготовление сорочек – 1,2 миллиона штук в год, которые поставлялись в Москву.

GagarnLeonv-S

KremBukovskyBergvoy-S

KremntsGagrin-S1Многие годы Израиль Яковлевич дружит с… космонавтами. Казалось бы, что между ними общего: швейником и покорителями заоблачных далей. Наверное, их всё же объединяет любовь к небу. А произошло первое знакомство ещё в 1965 году, на международной выставке одежды в Москве, в Сокольниках. Туда приехали со своими женами Юрий Гагарин, Алексей Леонов. Потом познакомился он и с другими космонавтами: Валерием Быковским, Георгием Береговым, Борисом Волыновым (всех этих космонавтов, а также И.Я. Кременецкого, вы видите на четырёх публикуемых здесь фотографиях).

Вспоминает Кременецкий: «Однажды позвонил Юра Гагарин и говорит, что он и его друзья хотят посмотреть, как шьются сорочки. Я отвечаю, что все организую и попросил, чтобы все они были в штатском. Приехали Гагарин, Леонов, Быковский, другие ребята, которые ещё не летали, все с женами были. Конечно же, космонавтов узнали. Потом Гагарин приезжал к нам чаще других. И однажды я уговорил его побеседовать с рабочими, ответить на их KremntsGagrin-Sвопросы. Какая же это хорошая беседа! Люди хотели за живого космонавта подержаться. Мы угощали его чаем, кофе. А насчет выпить, – нет. Он не был пьяницей. Я много читал о том, как он погиб, но верю в последнюю версию о том, что там что-то было связано с воздухом. При резком снижении на пикировании они могли потерять сознание. На большой высоте надо обязательно пользоваться кислородной маской. А они, видимо, просто не надели маски. На что-то понадеялись…».

Начавшаяся перестройка принесла объединению «Москва» много неприятностей. Предпринимались многочисленные попытки забрать территорию, обанкротить предприятие, перепрофилировать его. А это – время, нервы, да и деньги тоже… В чём-то «реформаторы» преуспели: фабрики с прежними объёмами производства не существует. Сорочки здесь уже не шьют, по договору с одной фирмой готовятся выпускать изделия из кожи для женщин: брюки, курточки и прочее.

Войну И.Я. Кременецкий закончил в звании капитана, кавалером ордена Отечественной войны II степени и медали «За боевые заслуги». Уже в мирное время он был награждён орденами Ленина, Знак Почёта, Отечественной войны I степени, медалью «За трудовое отличие», почётными знаками «За безупречную службу Москве» и «Общественное признание». Заслуженный работник текстильной и легкой промышленности России И.Я. Кременецкий удостоен также Благодарности президента РФ.

У И.Я. Кременецкого немало разнообразных общественных и не только нагрузок. Он – президент гильдии Московских промышленников, председатель Совета директоров ЗАО «Промышленное швейное объединение «Москва»», член правления РСПП (Российский союз промышленников и предпринимателей), председатель Московского городского отделения РСПП, член объединённой коллегии по промышленной политике правительства Москвы.

И посему я рискнул задать ему вопрос на самую злободневную тему: сможет ли швейная отрасль страны и столицы выйти из того незавидного положения, в котором она сейчас находится? И Израиль Яковлевич ответил так: «Если руководство страны будет продолжать такую же политику, как сегодня, никакую отрасль не поднять. Необходимо ввести нормальные налоги, чтобы предприятие могло те деньги, которые у него останутся от продажи изделий, пустить на зарплату – у нас на фабрике сейчас среднемесячная зарплата около 7,5 тысяч рублей (260 долларов), это мало – надо 9-10 тысяч (310-345 долларов), чтобы люди могли нормально жить, тогда они будут хорошо работать. Чтобы можно было купить новую технику и технологии, – тогда предприятие будет эффективно функционировать. Но, прежде всего, в стране необходимо создать рынок. Не базар, который есть сегодня, а рынок. Следует ввести квоты на ввоз в Россию разных товаров, в том числе и одежды. Весь мир так делает. А то мы сейчас без оглядки в ВТО стремимся. Не время… Государство обязано защищать своих производителей. Теперь ещё эта монетизация. Мысль-то вроде правильная: лучше получать деньги, чем льготы. Опять-таки надо было бы найти другое время. Получилось так, что думали сэкономить, а на самом деле потеряли, посчитайте, сколько денег теперь требуется. Сделать это надо было позже. Сначала следовало бы поднять промышленность, чтобы не зависеть от нефтедолларов. Тогда появились бы деньги, но уже другие. То, что произошло, это страшно. Плохо получилось».

Да, чтобы достичь цели, порой нужно спуститься до высоты 30 метров над уровнем моря, но всё время жить под перекрёстным огнём нельзя…

Май 2005 года, Москва

Фото автора и из архива И.Я. Кременецкого
(большинство фотографий публикуются впервые)

Лев Рудский (WRN)

Метки: , , , , , , , , , , , , , , ,

Комментариев: 2

  1. Лагунова Марина
    26 августа 2020 в 08:51

    Все, что Вы пишете, уважаемый Лев, читаю с огромным удовольствием. Спасибо

  2. Вадим
    1 сентября 2020 в 10:41

    Спасибо большое за такую интересную статью.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Календарь

Сентябрь 2020
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг    
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930  

Архивы